Пишет в Фейсбуке Валентин: «Если вам не знаком термин «галера», которым обозначаются условия работы 99% программистов-аутсорсеров во всем мире, можете дальше не читать.
— eulogy period ON —
Каждый день я общаюсь с людьми, которым комфортно и уютно в таких галерах
Они уверенно и самозабвенно орудуют веслами, подшучивая над своими трудовыми мозолями (единственный вред, который они замечают). Они искренне поздравляют друг друга с праздниками («У нашего девопса Василия сегодня 43й год рождения!»), полны эмпатии, социально активны и граждански сознательны — на обеденном перерыве каждый из них с чистой совестью лакает свой дармовой смузи из офисного корыта («Фирма поздравляет вас всех с днем галерщика; тортики и фрукты ждут на кухне!»). Они принимают ту заботливость, с которой начальство относится к повышению их функционального КПД («Бесплатные языковые курсы набирают новых слушателей!»), как проявление высших человеческих качеств обеих сторон. Они готовы шлифовать свои извилины в любом направлении, которое им укажут — потому что эта шлифовка монетизируется, а статус их профессии (в их представлении) намного выше статуса профессии слесаря-водопроводчика или плиточника по кафелю.
Я наблюдаю за этими гребцами каждый день. Многие из них великолепные специалисты, профессионалы своего дела. Остальные — просто усердные труженики, готовые взяться за любую рутину (более того — они обожают рутину, поскольку она предполагает возможность использования шаблонных решений). Это неутомимые ремесленники, которых не пугают ни кровавые мозоли на руках, ни геморройные шишки на точках опоры (галера летит вперед именно благодаря ритмичным толчкам этих точек, — впрочем, об этой роли третьего закона Ньютона на галерах предпочитают не вспоминать). Никакой конвейер не остановится, пока его обслуживают подобные сборщики цифрового контента и генераторы высокотехнологичного продукта. Ни одна галера не потонет, пока к ее веслам прикованы подобные рабы…
— eulogy period OFF —
Сартр не из числа моих любимых писателей, однако в последнее время я не могу избавиться от ощущения, которому посвящено его лучшее произведение, и это ощущение — ТОШНОТА.
Меня легко поймет тот, кто успел поработать на любой айтишной галере, но при этом не превратился в самовлюбленного раба, яростно гребущего за ежемесячные поступления на валютный счет своего ФОПа.
Наверное я не стану ждать, пока идея AI-стартапа формализируется в моей голове достаточно четко, — и не буду больше сдерживать слова, которые уже давно висят на кончике моего языка:
— Прощайте, подонки.